Товарищ Гексоген

КПРФ, как и все прочие элементы партийного парламентаризма, есть подразделение правящего режима. Говорить с любым из этих элементов о живой действительности, о проекте, выходящем за рамки сиюминутного пиара, бессмысленно.

К осени 2002 года в России оказались использованными практически все возможности политической комбинаторики и пиар-акций. Двенадцати лет хватило для того, чтобы исчерпать весь набор приемов, с помощью которых власть организует политический театр для народа. Контакт Александра Проханова с Борисом Березовским, отработанный в двух полосных беседах в газете «Завтра» и прямом эфире у Евгения Киселева, стал последней сценой спектакля под названием «Эпоха реформ» перед закрытием занавеса. Но этого, по-видимому, пока еще никто не понял.

На наш взгляд, все расхожие домыслы о мотивах такой постановки крайне банализируют реальные мотивы, стоявшие за публичной встречей Березовского и Проханова. Одни говорят об акции по расколу КПРФ и выбиванию почвы из-под ног Зюганова. Другие считают, что Березовский лихорадочно ищет в России союзников и будто бы не находит никого, кроме коммунистов.

Оба объяснения страдают, как говорили в прежние времена философы, «ползучим эмпиризмом», привязкой к политической обыденщине. Представьте себе, что публично встречаются и публикуют свою беседу бен Ладен и главный редактор — ну, конечно, не «Нью-Йорк Таймс», но какой-нибудь известной, жестко проимперской республиканской газеты, критикующей Буша за мягкотелость по отношению к исламскому терроризму. Что бы вы сказали, узнав о такой встрече? Что этот главный редактор раскалывает республиканский электорат, а бен Ладен ищет союзников среди американских патриотов? Явная чушь. Такая встреча знаменовала бы собой конец света или уж, по крайней мере, конец целой исторической эпохи. Именно это и произошло сейчас в России.

Для того чтобы появление Березовского на страницах «Завтра» стало событием соответствующего масштаба, была проделана большая предварительная работа. Она началась с появления политического триллера Проханова «Господин Гексоген», изданного в весьма высокобровом либеральном издательстве Ad Marginem, что уже само по себе задним числом выглядит как пролог к последующему «пересечению параллельных прямых в бесконечности». На самом деле весь последующий шум вокруг последней работы Проханова есть осуществление этой программы: сближение и даже схождение несовместимостей, союз прозападных либералов с патриотами-державниками.

И премия «Национальный бестселлер», и скандальная реклама, устроенная прохановскому гексогену в центральной прессе, — все служило повышению статуса Александра Андреевича перед встречей-беседой с Борисом Абрамовичем. Чтобы эта встреча прозвучала не как маргинальный анекдот, не как выступление какого-нибудь Литвиненко, а была услышана, понята как послание. О чем? Да именно об этом: о конце эпохи реформ, о конце всей нынешней политической жизни России. Сегодня уже не звучит парадоксом утверждение, что история после 1991 года есть продолжение истории до 1991-го. Не было демократической революции, не было вступления в новую эру. Был дворцовый переворот, осуществленный советской парт-хоз-номенклатурой при опоре на криминальные элементы с целью избавиться от идеологической надстройки и рассовать по карманам базис.

Период после 1991 года есть продолжение предыдущей номенклатурной советской истории в ее агонизирующей, сходящей на нет стадии. Рубеж достигнут. Весь потенциал манипулирования, имевшийся у деидеологизированных властных структур, приплывших в олигархическое сегодня из партийно-номенклатурного вчера, исчерпан. Какие могут быть союзы с КПРФ, если эта партия даже не понимает, что современная мировая реальность политического и социального противостояния принадлежит к постмарксистской эпохе. А они даже Маркса боятся потому, что их функция — это существование в чистилище виртуальной политики: вне идеологии, вне проекта, вне подлинной воли к власти. КПРФ, как и все прочие элементы партийного парламентаризма, есть подразделение правящего режима.

Говорить с любым из этих элементов о живой действительности, о проекте, выходящем за рамки сиюминутного пиара, бессмысленно. Да в этом проекте и ролей нет для актеров сегодняшней российской сцены. В России следует ожидать появления неких новых сил, заинтересованных в настоящем политическом действии, настоящей власти, вхождении в подлинный мир. На наш взгляд, Березовский, может быть, сам того не очень осознавая, направил послание именно этим силам, пока еще не обозначившимся формально, но испытывающим отвращение ко всем раскрученным брэндам (КПРФ, ЛДПР, СПС и т. п.).

Эти силы — новые либералы и новые патриоты, бизнесмены, студенты и рабочие, люди среднего возраста и молодежь, которые хотят вырваться из душного кукольного балаганчика нынешней российской политики на площадь, где решаются живые судьбы страны и живущих в ней людей. Может быть, даже на Красную.

Гейдар Джемаль

Leave a Reply